Кто поём незнаю...Просто армейская... Называается везде по разному я знаю 2 названия "Осеннею порою.." и "Солдатская любовь..." ***
Осеннею порою под грустный шум дождя
На службу провожала девчонка паренька.
Дождаться обещала, целуя горячо.
А он смотрел с тревогой в красивое лицо.
И вот прошло пол года, солдат затосковал,
Всё реже от любимой он письма получал.
И не было в тех строчек, горячих нежных слов.
Солдату стало ясно, что кончилась любовь.
Однажды среди ночи дневальный услыхал,
Как кто-то очень громко во сне пробормотал:
«Не думал, что так быстро забудешь ты меня.»
И сразу наступила в казарме тишина.
С тех пор как подменили солдата-паренька
С лица его улыбка исчезла навсегда.
В строю грубил шакалом, уставы нарушал
И чаще всех во взводе на кичу попадал.
Прошло ещё полгода, но не проходит сон.
Сидит в пустой курилке и пьёт одеколон
Сидит в пустой курилке и думает о том
Как полюбил девчонку, любимой он назвал
И как впервые в жизни её поцеловал.
И как впервые в жизни её поцеловал.
Прошло уже два года, от них и нет следа.
Последним отпустили на дембель паренька.
Уставшою походкой шёл молча на вокзал
И песенку блатную сквозь зубы напевал.
В вагоне-ресторане он встретил дембелей
И пил, не зная меры до станции своей.
Но вот вокзал знакомый виднеется вдали.
Друзья подняли парня и выйти помогли.
Уставшею походкой шёл молча он домой
И вдруг на перекрёстке застыл как неживой.
Навстречу шла девчонка, в руках несла цветы.
Стоял, шатаясь, парень, сжимая кулаки.
«Кому ты, дорогая, несёшь такой букет?»
Девчонка, растерявшись, ответила: «Тебе…»
И протянула розы дрожащею рукой.
В руках сжимал их парень, не ощущая боль.
С размаха он их бросил в красивое лицо:
«Считай, что за измену отделалась легко!»
Носи теперь на память глубокий след шипов
И помни постоянно солдатскую любовь.
И помни постоянно солдатскую любовь.
Кто поёт незнаю....Называется вроде "Я тоже воевал..."
***
Обычный автобус, и все как обычно
Кто спорит о чем-то, кто просто сидит
И с девушкой рядом, на заднем сиденье
Обычный парнишка, парнишка сидит...
Одет был он просто, в джинсы футболку
И видно, что парень встречался с бедой
На вид 26 ничего он не прожил
Но был этот парнеь абсолютно седой...
И вот остановка и в подступи тяжкой
В автобус заходит, старик ветеран
И видя, что парнеь поднятся не может
Старик обарзел и пошёл на таран...
Ты что же паскуда, поднятся не можешь
Ведь я за тебя, пять лет воевал
Ведь я за тебя, по пули бросался
Ведь я за тебя чуть жизнь не отдал...
И все оглянулись, и все посматрели
А парень тот медлено, медлено встал
И тихо сказал он, в глаза ветерану
Я тоже отец, за тебя воевал...
В глазах его, отразились разрывы
Зверство душманов, машин караван
То страшное слово, то страшное слово
То страшное слово, слово Афган...
И парень храмой, пошёл по салону
И больше с тех пор, я его не видал
А ветеран, опустился на кресло
Схватился за сердце и зарыдал...
Обычный автобус, и все как обычно
Кто спорит о чем-то, кто просто сидит
И с девушкой рядом, на заднем сиденье
С тех пор уж никто, никто не сидит...
С. Любавин-Волчёнок
***
Беспризорник и рвань, по прозванью Серёга.
Тратил редкий талант, данный будто на грех.
Когда дрались, в расходку и врагов было много.
Он один на один, выходил против всех.
А когда подросли гордые одиночки.
Через злую жару и седую пургу.
Они вместе прошли все горячие точки.
Словно серая стая волков сквозь тайгу.
Такого волчонка любила девчонка.
Хорошая девочка, чубчик Алёнка.
Но однажды в горах молодые проспали.
Горцы тихо пришли и достали ножи.
Перебили весь взвод, а Серёгу связали.
И в далёкий аул, избивая, свели.
И смеялся старик-ваххабит над Серёгой:
"Вспоминай твою мать, перед смертью, святых.
У тебя есть два выхода - сдохнуть дорогой.
Иль в кулачном бою завалить пятерых".
"У меня мамки нет, батьку тоже не вспомню.
Сирота я, отец. Мне схлеснуться не грех.
За Россию, старик, за счастливую долю..."
Он, как в детстве, поднялся один против всех.
Из-под тельника рвётся свинцовое тело.
Каково пацану умирать молодым.
Но природный талант точно знал своё дело.
Он свалил их легко одного за другим.
По тихому свею, по пыльным дорогам.
Бежал из чеченского плена Серёга.
И верила стая, волчонок вернётся.
А чубчик Алёнка, солдата дождётся.
А старик-Ваххабит, только молвил угрюмо:
"Кто мужчиной рождён, тот рождён побеждать.
Горы - наша судьба",- и добавил, подумав:
"Будем на смерть, как этот мальчишка, стоять."
Голубые береты-Синяя река
***
Один среди серых, гремящих скал,
Один против сотни взбешенных душман.
Один раскаленный в бою пулемет
Ребятам своим прикрывает отход.
Последний патрон. И гранату на грудь,
Чтоб вместе со взрывом в безмолвье шагнуть.
И вдруг в том момент, когда рвалась чека
Откуда-то сзади удар ! Темнота ...
Открылись залитые кровью глаза,
И сразу увидел улыбку врага.
Вокруг борода и зловещий оскал.
"Ну что, шурави, вот и к нам ты попал !"
Удар за ударом, не видят глаза,
Вонючая яма, гнилая вода,
Горячее солнце, горячая кровь,
А ночью ему вспоминается вновь ...
Синяя, синяя река,
Мамины, мамины глаза,
Мамины, мамины слова :
Где же ты, кровинушка моя?
И снова жестокое солнце встает,
Мулла в Пешаваре молитву орет,
Разбитые губы хотят закурить,
"Ну что, шурави, будешь банде служить?"
Плевок в бородатую рожу врага,
И снова с ударом качнулась земля,
Увидел, как птицы на север летят,
И губы солдата все так же твердят :
Синяя, синяя река,
Мамины, мамины глаза,
Мамины, мамины слова :
Где же ты, кровинушка моя?
